Темирлан Ибраимов: Война в Иране. У кого карты сильнее?
Бишкек. 1 апрел. КирТАГ – ️ Несмотря на серьезные потери и разрушение военной инфраструктуры, Иран сохраняет способность к сопротивлению и продолжает влиять на развитие конфликта, удерживая, по оценке политолога Тамерлана Ибраимова, значимые рычаги давления на регион и мировую экономику.
Иран разбомблен, но не побежден
После месяца беспрерывных атак военная инфраструктура Ирана существенно разрушена. Военно-политическое руководство страны, включая верховного лидера, верхушку КСИР и армии, убито, и сейчас у руля находится второй, а в некоторых случаях и третий, эшелон руководителей.
Фактически перестал существовать военно-морской флот Ирана (по заявлениям США, около 150 судов различной модификации было потоплено), а ПВО практически уничтожено, что позволяет американо-израильским силам безнаказанно летать над всей территорией Ирана.
Однако, несмотря на столь существенные удары по всей системе государственно-военного комплекса, Иран продолжает сопротивление.
С его стороны продолжаются ракетно-дроновые удары по Израилю и странам Персидского залива, где размещены американские военные базы, а где находится иранский обогащенный уран, никто толком не знает.
Иранский режим продолжает оставаться у власти и показывает чудеса выживаемости.
Иран взял под полный контроль экономический трафик через Ормузский пролив, где проходит около двадцати процентов всей мировой нефти, тридцать процентов cжиженного газа и более десяти процентов минеральных удобрений. Более того, в перспективе Ирану по плечу, через йеменских хуситов (движение «Ансар Аллах»), контролирующих побережье Красного моря, взять под контроль еще десять процентов трафика мировой нефти, проходящего через Баб-Эль-Мандебский пролив. Таким образом, Иран показал, что в случае необходимости вполне может, в прямом смысле, обрушить всю мировую экономику и погрузить ее в хаос заоблачных цен на энергоносители.
Заявления США и Ирана и их возможности
Дональд Трамп, в свойственной ему манере делать много разных, порой противоречивых заявлений, на днях сказал, что США уже победили, Иран очень хочет заключить мир и буквально умоляет их об этом. При этом он добавил, что если Иран не согласится на его условия, то они разбомбят его энергетическую инфраструктуру и, возможно, захватят некоторые острова, включая остров Харк, через который проходит 90 процентов всего нефтяного экспорта Ирана.
В ответ КСИР стал угрожать, что уничтожит всю критическую инфраструктуру союзников США в Персидском заливе, включая электростанции и опреснительные установки.
Учитывая военные возможности сторон, и те, и другие могут это сделать. Но результаты для них будут различными.
В Катаре, например, более 95 процентов всей воды поступает из опреснительных установок и, если Иран разбомбит их, то катарцев ждет полная катастрофа. Иностранцы разъедутся, а страна превратится в пустыню. То же касается и других стран Персидского залива.
А вот США будет невыгодно, если они разрушат энергетику Ирана, потому что в этом случае цены на нефть взлетят еще больше, включая в самих США, а там это уже станет фактором роста недовольства американских граждан.
Поэтому и такие странные цифры по экспорту нефти. Если до войны экспорт из Ирана был на уровне примерно 1,3 миллиона баррелей в сутки, то сейчас он не уменьшился, а, наоборот, вырос до 1,5 миллиона. То есть, учитывая рост цен на нефть, Иран получает от текущего экспорта в два-три раза больше прибыли, чем месяц назад. Иранские танкеры спокойно проходят по Ормузскому проливу, и США никак не препятствуют этому, стараясь, чтобы на мировой рынок поступало больше нефти и цены росли не так быстро, как сейчас.
Могут ли США взять под свой контроль Ормузский пролив и сами уже диктовать, кому можно торговать нефтью, а кому нет? В текущих условиях - нет.
Современные способы ведения войны, а именно использование дронов и дальнобойных ракет, даже без наличия авиации и флота, позволяют Ирану контролировать этот пролив практически полностью, и американцы ничего не могут с этим поделать. Для нивелирования угрозы дроново-ракетных атак, США должны взять большую часть территории Ирана под свой контроль, но сделать это они даже теоретически не могут.
Чтобы контролировать территорию Ирана, потребовалось бы провести наземную операцию, а солдат для этого нет. Для сравнения, в 1991 году в операции «Буря в пустыне» против Ирака силы союзников задействовали более 900 тысяч солдат и несколько бронетанковых дивизий. Это при том, что территория Ирака значительно меньше иранской и рельеф местности пустынный, в то время как Иран - это в основном горы.
Для наземной операции США потребовалось бы несколько миллионов солдат, а они имеют в регионе войны всего около 10 тысяч морских пехотинцев и сил специальных операций, что, по самым смелым прогнозам, не хватит для захвата даже одного города. Но даже если и захватить значительную территорию Ирана, все равно угроза дронов и партизанской войны никуда не денется. При этом постоянно будут гибнуть солдаты, что всегда крайне чувствительно воспринимается американским обществом и особенно будет болезненным сейчас, когда цели войны малопонятны и сильно критикуемы внутри США.
То есть проведение широкомасштабной наземной операции в Иране не имеет смысла ни с практической, ни даже с теоретической точки зрения.
Немного большим шансом на успех обладает какая-нибудь специальная операция по примеру «венесуэльской», но Иран уже показал, что гибель или арест конкретных руководителей не ведет к обрушению системы управления и отказу от сопротивления. Значит, даже присутствие в регионе 10 тысяч морских пехотинцев несет больше психологический, чем практический смысл.
Пожалуй, единственным шансом для США выйти из войны с имиджем победителя является ситуация, когда в Иране либо начинаются внутренние протесты, ведущие к смене власти и приходу более лояльной к США силы, либо находится группа высокопоставленных лиц, которые все-таки готовы идти на переговоры и сближение своих позиций с американскими.
Однако пока ничего подобного не наблюдается. Дональд Трамп несколько раз говорил, что США тайно ведут переговоры с некими чиновниками, которые хотят принять условия США, однако верить пока таким заявлениям международные аналитики не спешат.
Таким образом, США могут бомбить и поражать отдельные объекты на территории Ирана, но не могут полностью захватить и тем более контролировать его.
В то время как Иран, используя ракеты и дешевые дроны на мобильных установках, вполне может держать под огневым контролем как Ормузский пролив, так и союзников США в ближневосточном регионе.
Еще некоторое время назад, когда Иран заявил, что требует репараций за понесенные потери, это выглядело больше как бравада, однако сейчас представляется вполне рабочим вариантом. Напрямую репарации наверняка платить никто не станет, но чем, если не косвенными репарациями, является недавнее требование Ирана платить за проход через Ормузский пролив. Два миллиона долларов с каждого танкера — это большие деньги, и со временем Иран вполне может собрать значительную сумму со всех стран залива за те потери и разрушения, с которыми он столкнулся.
То же самое касается требований вывести американские базы из региона. Наверняка сразу с этим никто не согласится, но можно теоретически предположить, что со временем эта идея уже не будет восприниматься как невыполнимая, особенно президентом с таким «коммерческим» складом ума, как у Дональда Трампа.
Полный вывод американских баз из Персидского залива оставил бы арабские монархии региона и Израиль «один на один» с Ираном, и поэтому такой вариант вряд ли осуществим, но некий более мягкий вариант, например частичный вывод и некие гарантии ненападения, вполне возможен.
То же касается «ядерного и ракетного» вопроса. Вероятно, американцы могут несколько смягчить свой подход по этому направлению.
Война затянулась, цены на нефть и газ взлетели, экономические издержки в США растут с каждым днем, и США всячески ищут возможность выйти из нее, не потеряв лицо.
Впрочем, в случае осложнения внутренней ситуации в Иране, США могут, наоборот, ужесточить свою переговорную позицию. Время пока работает на Иран, а ближайшая пара недель будет критической для определения сторонами своих позиций.
Когда закончится война?
Пока идут интенсивные боевые действия, сложно говорить о конкретных сроках, но есть определенные факторы, которые напрямую влияют на сроки окончания горячей фазы конфликта, по крайней мере, со стороны США.
Для США основным фактором является внутренний. Рост цен на нефть хоть и добавляет сверхприбыли американским нефтяникам, но остальной части американского общества все-таки невыгоден, и Дональд Трамп это хорошо понимает. Кроме того, осенью выборы в Конгресс, где из-за неудач в войне Республиканская партия рискует потерять большинство в Палате представителей, а это в свою очередь грозит началом процесса импичмента против него по фактам многочисленных обвинений. Поэтому, чем скорее Дональд Трамп закончит войну, тем лучше для него лично.
Другим фактором является визит Трампа в Китай, который планировался на 31 марта и поехать туда он наверняка хотел в роли победителя войны в заливе.
Но все пошло иначе, и визит перенесли на 14 мая. Очевидно, что до этого периода Трамп все-таки рассчитывает закончить войну и желательно, хотя бы формально, в роли победителя.
Еще одним фактором окончания войны в период апреля-мая является тот факт, что в июне в США начнется Чемпионат мира по футболу. Провести его Дональд Трамп хочет в обстановке мира и международной стабильности, а не на фоне продолжающихся боевых действий и, уж тем более, гибели американских солдат, что бывает неизбежно, когда идет война.
Вопрос заключается только в том, на чьих условиях закончится война. США по-прежнему имеет подавляющее технологическое преимущество, но не может взять под контроль весь Иран и Ормузский пролив, в частности. Время работает против США, которые не могут долго воевать, тратить огромные ресурсы и наблюдать беспрецедентный рост цен на энергоносители.
Иран не может нанести по США и Израилю существенные удары, но может контролировать значительную часть мирового потока нефти и газа. Но главное – это пока выглядит, что он готов терпеть и ждать, чтобы добиться своего.
Поэтому пока, как это ни удивительно звучит, условные «карты» в руках Ирана выглядят более сильными, чем у Дональда Трампа.
Источник фото: Из открытых источников
