Сестра Чингиза Айтматова обратилась к кыргызстанцам (текст обращения)

Бишкек. 27 января. КирТАГ – ОБРАЩЕНИЕ К ОБЩЕСТВЕННОСТИ Розы Торокуловны Айтматовой в связи с распространением в интернете и обществе слухов и обвинений в адрес ее брата Чынгыза Торокуловича Айтматова:

Мой дорогой, многоуважаемый Кыргызский народ!

Сегодня я впервые решила обратиться напрямую к великому кыргызскому народу. На то есть особая причина.
Недавно я тяжело заболела и долго лежала в больнице. Сейчас, слава Богу, всё хорошо! Сколько лет даст Всевышний — столько и проживу.

В последние дни моё сердце болит… из-за того, что некоторые люди стали активно распространять сплетни и обсуждать моего брата Чынгыза, очёрняют его память.
Я очень расстроилась, плакала. С момента смерти брата прошло уже 17 лет, но есть такие, кто не оставляет в покое его дух: обсуждают и критикуют его так, будто сидели с ним вместе за одним столом или были близкими друзьями.
«О покойнике плохо не говорят» — так считают в народе, но случилось то, что случилось. Вы потревожили его даже после смерти…
— Не враги ли кыргызского народа делают это, не специально ли делают, чтобы посеять рознь между нами? — меня посещают и такие мысли, — да и сами сплетни противоречат друг другу. Или они думают, что за Чынгыза некому заступиться?
Правду теперь уже никто не скажет — его современников тоже почти не осталось…
Честно говоря, я на этих людей даже не обижаюсь. Пусть это остается на их совести.
Поддержка моего брата идёт от Манаса-ата. Об этом говорил великий Саякбай Каралаев. Я не желаю зла тем, кто очерняет память Айтматова, но надо быть осмотрительным…
В 1991 году открыли Ата-Бейит; тогда в числе 137 безвинно расстрелянных были останки и моего отца, я смогла простить его убийц. И этих людей я тоже прощаю. Но внутренне я снова возвращаюсь к вопросу: «Это что, сознательная попытка врагов разделить кыргызский народ и разжечь вражду?» Может, в этом и есть их цель — кто знает? И снова я оставляю все на Божий суд.
В этом году мне исполняется 89 лет. Я многое пережила: и хорошее, и плохое. Видела и взлёты, и падения. Но ещё никогда никто не причинял мне такой глубокой боли…
После ареста и расстрела моего отца, наша семья жила в страшной нищете. Мы пережили голод, лишения, тяжелейшие испытания. Нас жестоко преследовали как «детей врага народа». Но огромное спасибо кыргызскому народу! Спасибо родственникам отца! Тысячекратно благодарна народу Шекера, народу Таласа! Если бы не они — кто знает, остались ли мы вообще живы? Мы выжили благодаря помощи простых людей.
Особая благодарность моей маме, Нагиме Айтматовой. Несмотря ни на что, она поставила нас на ноги. К сожалению, нашлись такие, кто посмел напасть на нее, — и тогда, и сейчас…
Моя мама — героическая женщина. Она привезла детей Төрөкулa в Шекер и сказала: «Вы — кыргызы, будьте со своим народом!». Она растила нас среди людей, воспитала с глубоким осознанием принадлежности кыргызскому народу.
— Чынгыз, Ильгиз, дети мои, дочери мои, вы — дети Төрөкулa. Вы — потомки рода Кытай. Держите голову высоко. Где бы ни были, не позорьте имя отца, — так говорила нам мама.
Оба моих брата и сестра посвятили свою жизнь своему народу, своей земле. Кто-то может сказать, что они кому-то причинили зло?
Меня особенно огорчает, что на Чынгыза взваливают все грехи, делают его виновным во всём.
Эх, если бы он сейчас пришёл и сказал: «Этого не было, а вот это было» — сплетники бы, может, и замолчали…
Мой брат Чынгыз прославил кыргызский народ на весь мир. Он донёс эпос «Манас» до каждого уголка планеты. Сколько он сделал усилий для развития кыргызского языка в условиях существовавшей советской системы! Сколько боролся с функционерами за открытие кыргызских школ во Фрунзе. Добился открытия двух школ!
А теперь мы сами позоримся перед всем миром, критикуя его память!
Вот буквально вчера представители казахского народа звонили мне и спрашивали:
«Что у вас происходит? Почему вокруг Айтматова столько скандалов?»
Как бы ни болела душа за брата, я не могу отвернуться от своего народа. Что было им ответить? И у меня есть честь. Было стыдно и больно…
Ни одна из интернет-сплетен не соответствует действительности. У меня есть доказательства своим словам.
Стали распространяться сплетни о том, что Чынгыз писал по-русски, не знал кыргызского, не писал на кыргызском. Этим людям всё равно, что его книги переведены на 185 языков.
Для тех, кто не в курсе: по количеству изданных книг Айтматов занимает третье место в мире после Шекспира и Толстого.
Почему он перестал писать на кыргызском — тоже поясню.
В 1957 году в Кыргызстане моего брата жестко преследовали некоторые высокопоставленные советские чиновники. Они утверждали, что пришло некое письмо из Москвы, в котором было сказано, что «этот молодой Айтматов выступает против советской идеологии, подрывает советскую литературу, устраните его!»
Местные чиновники, как говорится, «перестарались»: довели его до болезни, перестали печатать книги, унижали.
Даже моей матери говорили: «Если надо, мы устроим так, что твой сын Чынгыз повторит судьбу своего отца Төрөкулa. Пусть прекратит писать!» Представьте состояние матери, услышавшей такие слова…
Чынгыз долго не мог встать с постели. И только после реабилитации отца он начал поправляться. Видимо, дух отца поддержал его. Имена тех, кто устроил травлю на Чынгыза, я называть не буду. Их я тоже простила.
Вот из-за таких гонений у него просто не было возможности писать, издаваться на кыргызском. Это мы сами, кыргызы, не давали ему писать, вставляли палки в колёса.
Он долго не мог найти выход, не знал, что делать. О препонах, творимых на родине чиновниками, узнал великий советский, русский поэт Александр Твардовский. Именно он поддержал моего брата: «Чингиз, пиши по-русски! Будем публиковать тебя в журнале «Новый мир». Тогда твои земляки не смогут тебя тронуть». Так он и стал писать на русском.
Насколько мне известно, его произведения около 15 лет вообще не издавались в Кыргызстане — печатались только в России. Это тоже можно доказать. А ведь Чынгыз вырос в Шекере, среди простых сельчан, прекрасно знал родной язык, первые книги писал на кыргызском. Он гордился родным языком и отстаивал его.
Кыргызский народ никогда не видел от Айтматова зла — только добро. Он всей душой болел за каждого из вас.
Некоторые ставят ему в вину, что в 1990-е, когда народ бедствовал, он «жил в роскоши в Европе». Это неправда. Он был послом Кыргызстана и первым наладил связи с Западом. Во Франции, Бельгии, Англии, Германии.
«Мой народ живет в Центральной Азии. Мы, кыргызы, хоть и маленький народ, но способны на равноправные отношения» — он внёс огромный вклад в международное признание нашей молодой независимой республики. Его дипломатическая деятельность — это отдельная страница истории.
Есть и такие, кто утверждает будто в Ошских событиях 1990 года Чынгыз Айтматов был «на стороне узбеков». Давайте я расскажу и про это, а вы посудите сами.
После событий 1990 года я задала ему вопрос: «Почему ты сразу не приехал в Ош, а полетел в Узбекистан?»
Он тогда ответил:
— Времени не было. Я был тогда в Москве. Переживая, что конфликт перерастёт в вооружённое столкновение, я решил встретиться с Исламом Каримовым. Для этого связался с его помощником. «Хорошо, Ислам Абдуганиевич примет вас», — ответил мне помощник. Нельзя было медлить, пришлось вылететь немедленно. Поэтому я не смог сразу вернуться в Кыргызстан.
— И что ты тогда сказал Каримову? — спросила я, еле придя в себя от его ответа.
— Ислам Абдуганиевич меня ждал. Я зашел с двумя узбекскими писателями, мы долго беседовали. В общем, в конце я сказал президенту Узбекистана: «Мы — родственные народы: кыргызы, узбеки, казахи — с общим происхождением. Если между нами разгорится серьёзный конфликт, это может обернуться большой бедой для всей Центральной Азии».

В итоге Каримов ответил: «Чынгыз Торокулович, я вас понял. Ни один наш солдат не перейдёт границу Кыргызстана». И он сдержал слово.

Так мой брат предотвратил большую войну в Центральной Азии. Если бы тогда разгорелся конфликт, мы бы до сих пор пожинали его плоды. Разве можно назвать предателем того, кто предотвратил войну между Узбекистаном и Кыргызстаном?
Есть и те, кто винит Айтматова в избрании Аскара Акаева. Это тоже ложь.
Акаева избрал Верховный Совет, а не Айтматов. Когда три предыдущих кандидата не прошли, мой брат предложил «Обратите внимание на этого молодого Акаева, если он подходит.» Это правда. Сам же мой брат в момент выборов не был в Кыргызстане и никак не вмешивался и не «бегал» за его кандидатуру. Акаева поддержали и избрали депутаты того времени самостоятельно.

Хочу сказать, нам не стоит очернять и президентов. Президент — это такой же символ, как флаг, герб и наш Манас. Зачем мы втаптываем в грязь собственные символы. Как мы выглядим перед международным сообществом?
Теперь о главном. Мой дорогой (айланайын) кыргызский народ, кажется, кто-то пытается посеять раздор в нашем обществе. Как сохранить наше единство, не стать чьей-то добычей, не дать себя унизить?
Не надо ни восхвалять, ни очернять моего брата — пусть покоится с миром.
Если хотите ругать — ругайте меня. Его возможные грехи возьму на себя. Не тревожьте души усопших!
Я даже думаю попросить правительство не проводить 100-летний юбилей Чынгыза. Я уже вижу, что снова начнутся претензии: «Могли бы эти деньги использовать на что-нибудь другое!»
Поэтому заранее прошу, пусть средства, предполагаемые на проведение 100-летнего юбилея, лучше пойдут на помощь простому народу. Это будет самым искренним, настоящим памятником ему.

В завершение обращаюсь и к мусульманской общине.

Моя мать закончила обучение в женском медресе, знала арабскую вязь, читала Коран напрямую, из книги. И нас обучала тому, что знает. Больше всего это касалось старшего сына. В Советское время не разрешалось держать дома Священное Писание, но в мамином сундуке, я помню, хранился Коран. Она соблюдала пост, несмотря на болезни, и рассказывала нам о толкованиях Корана.
В самые тяжелые времена она говорила, что Аллах испытывает ее, что она должна терпеть, должна поднять детей на ноги. Думаю, что именно знание Корана помогло ей справиться с жизненными трудностями. Она обучала ему и нас, своих детей.
Мой брат по матери Ренат вспоминал, что каждый раз, когда книги Чынгыза выходили в свет, она уединялась в своей комнате и выражала благодарность Всевышнему, совершая намаз.
Мой дед по матери Хамза участвовал в строительстве медресе и мечети и внёс большой вклад в распространение ислама среди кыргызов. Прадед по бабушке в своё время занимал должность муфтия Сибири и Казахстана. Мы являемся потомками таких выдающихся людей.
Поэтому разговоры о том, что Айтматов «отошёл от религии», — пустые слова. Он уважал веру и жил в служении. Кто, кроме самого Аллаха, может измерить истинную веру человека?
О его вере, о его духовности говорят книги Чынгыза. Вне зависимости от вероисповедания люди откликаются на его произведения и размышления; так значит, мой брат тоже был человеком, близким к Богу?
В событиях, описанных им, у всех его героев есть прототипы. Мы жили с ними, были соседями, родственниками. В его книгах нет вымысла. Была и Толгонай апа, и Джамиля была из нашего айыла, Исмаил, Дуйшен… Но все это происходило в двадцатом веке. Чынгыз Айтматов тоже был писателем двадцатого века. Сейчас другие времена, другие события, понятия. Но какие бы ни были времена, как он сказал, у нас есть каждодневная обязанность — быть человеком.
Дорогой мой кыргызский народ, земляки-таласцы! Вы не бросили, спасли нас в тяжёлые времена. И сейчас прошу: не дайте растоптать имя Чынгыза!
Развивающийся народ уважает себя, бережет свою культуру. Давайте жить в мире и согласии! И будем бдительны перед недругами!
Бишкек, 26 января 2026

Источник фото: Из открытых источников