Пресс-Центр  КирТАГ (+996 312) 900 307

Сох - Чарбак. Месяц спустя!

11 Февраля, 17:51  /   Обновлено в 17:51 11.02.2013

 

Бишкек. 11 февраля. КирТАГ – Замир Ибраев. В ночь с 6 на 7 января 2013 года, когда вся страна спокойно отдыхала, жители села Чарбак в Баткенской области в районе кыргызско-узбекской границы проснулись от неясного шума, который шел от узбекского села Хушьяр, жители которого незаконно пересекли призрачную здесь границу и напали на граждан Кыргызстана. В итоге, избиты и захвачены в заложники жители кыргызского села Чарбак, которых увели на территорию Узбекистана, также задержаны автомашины с пассажирами, которые в это время пересекали территорию узбекского анклава Сох. Примерно сутки граждане Кыргызстана, среди которых были женщины и дети, просидели в подвале одного из домов Хушьяра. Причиной нападения жителей узбекского села стала установка на территории Узбекистана опор линий электропередачи для электрификации новой пограничной заставы на кыргызской стороне. Ровно через месяц журналисты из Бишкека смогли встретиться с местными жителями.

Чтобы попасть в село Чарбак Баткенской области журналистам из Бишкека пришлось проделать долгий путь из Чуйской долины в Ферганскую, переваливая хребты Тянь-Шаня. Из областного центра Баткена дорога в село Чарбак ведет через узбекский анклав Сох, вернее, через его небольшой отрезок. Длина этой дороги два километра, по асфальту этот кусок можно проехать за пять минут, но здесь полотна нет, лишь камни, да ухабы. Границей же анклава на пути в Чарбак является символический арычок позади глиняного дувала крайнего дома кыргызского села Таян.

 

 

Но до этого арыка нужно еще добраться. Дорога идет вверх, минуя последнее кыргызское село Боз-Адыр. Вот и узбекская пограничная застава «Кызыл-Кияк» с двумя вагончиками, окрашенными в цвета узбекского флага, и грузовой машиной невдалеке с надписью «Одамдар» на борту, что в переводе с узбекского «Люди», из кузова приезжих пристально изучают вооруженные пограничники. Наш микроавтобус, с двумя машинами сопровождения сразу же впускают на территорию Узбекистана, за нами опускается массивный шлагбаум. Вспоминается случай, когда бойцы этого поста в 2009 году обстреляли машину жителей села Таян, отреагировав, таким образом, на кыргызские номера, тогда чудом не пострадали женщина и ребенок.

Любой пограничный пост, вселяет в человека пересекающего границу неуверенность, смутное беспокойство, вдруг что найдут, заподозрят, не пропустят, или впустят, а потом не выпустят. Журналисты передали узбекским пограничникам паспорта, служебные удостоверения. Пока идет долгое оформление, к журналистскому микроавтобусу подъезжает грузовик «Одамдар» и встает в трех метрах. Все это время нашу машину обходят вооруженные пограничники, рассматривая пассажиров, запретили выходить из машины и остановили желающих покормить местную собачонку. У одного из ошских корреспондентов нет никаких документов, паспорта и служебного удостоверения не было и у человека из машины сопровождения. Оба восвояси отправились назад.

Спустя час журналистов пропускают, перед этим устроив перекличку при выдаче паспортов и удостоверений, переиначивая на узбекский лад имена и фамилии и строго предупредив, что на территории Узбекистана, а вернее Сохского района запрещается осуществлять видео и фотосъемку. Подъем, справа видны узбекские казармы, добротные постройки, ангары для техники какой-то военной части. Непредвиденная остановка - на пригорке расположена мобильная группа пограничной заставы «Кызыл-Кияк», которая пропускает нас дальше.

Через несколько минут машина останавливается, и нам сообщают, что мы на территории Кыргызстана, в селе Таян. Захожу в дом местного жителя Жумабая, его дом третий от границы Узбекистана. Жумабай занимается скотоводством, счастливчик, успел оформить бабановский кредит в «РСК Банке» в 80 тыс. сомов под 7%.

«Отношения с жителями анклава Сох у меня нормальные, никогда с ними не ругаюсь.  Если даже мой скот забредает на территорию узбеков, они мне по-соседски его возвращают», - неуверенно и как-то неубедительно сообщил Жумабай, обрадовавшись тому, что его не будут фотографировать. Уже после меня, он весьма агрессивно выгнал со двора моих коллег с телевидения, приговаривая, что от нас толку все равно не будет.

Немного выше села Таян и находится цель нашей поездки – село Чарбак. На въезде в село красуется новое здание кыргызских пограничников, наверное, самое лучшее здание в селе, а может быть даже во всей округе. Именно к этому зданию пыталась провести электроэнергию и поставить опоры электропередачи кыргызская сторона, что и послужило детонатором для давно назревающего конфликта.

 

 

Журналистов встречает глава Чарбакского айыльного округа Нурали Айканов, худощавый, с напряженным взглядом мужчина, который как из рога изобилия высыпал на журналистов слова благодарности правительству и местным властям, которые их не забывают и выделили 8 млн сомов на строительство фельдшерско-акушерского пункта, и 23 млн сомов по проекту «Таза-Суу».

На вопросы об отношениях жителей села Чарбак с населением Соха сообщил: «Вот видите арык, за ним поле, а за ним дома - это уже Узбекистан, село Хушьяр». «Раньше, до событий мы с ними дружили, была с ними торговля, ходили в гости, сейчас же никаких связей не поддерживаем. Сейчас мы не чувствуем себя в полной безопасности, здесь даже нет колючей проволоки, то есть нет четко обозначенной границы», - посетовал Айкынов. И здесь, как и в предыдущем селе Таян, границей между анклавом и кыргызским селом служит арык.

Село Чарбак вытянуто вдоль высокой отвесной горы и анклавом Сох. И бежать его жителям в случае повторных событий некуда, разве что в села Согмент и Газ, которые находятся выше по дороге. В населенном пункте проживают 465 человек, в селе есть небольшая школа, в которой насчитывается 108 учеников. Население села кормится за счет животноводства и растениеводства, последнее за счет своих огородов, горный рельеф местности не позволяет выращивать какие-либо культуры на полях, никаких предприятий здесь нет. Зато за соседним узбекским селом Хушьяр полей вдоволь.

 

 

Телевидение тут представлено несколькими каналами, мобильная связь работает не везде, разве что взобраться на пригорок, который опять же является территорией Узбекистана. Питьевую воду привозят один раз в день, и если ее не хватает приходиться ходить за водой в соседние села. Впечатление такое, что народ здесь не живет, а просто выживает.

 

 

Как рассказали местные жители, пострадавшие в ночь с 6 на 7 января уехали в Бишкек, чтобы пройти медицинское обследование, поговорить с ними не удалось, зато журналистов повезли за село, немного выше в горы, где днем пограничники начали устанавливать столбы для прокладки колючей проволоки. Бетонные столбы действительно начали устанавливать по периметру границы, которые поделили кукурузное поле кыргыза и узбека. Пограничники специально для столичных телекамер решили установить одну из опор вдоль кыргызско-узбекской государственной границы, которая по периметру анклава Сох составляет 136 км, из которых описаны всего 96 км.

 

 

Ближе к вечеру представители местной власти засуетились, сообщив, что лучше пересечь границу засветло. Погрузившись в машины, едем назад, в сторону КПП «Кызыл-Кияк». Проехали село Таян, где нам вслед помахали руками детишки, проехали дом Жумабая, дом которого третий от границы, проехали поле узбекского дехканина, вскарабкались через пару холмов, до поста считанные сотни метров, но тут нас остановила мобильная группа узбекских пограничников.

 

 

Пограничники попросили несколько наших паспортов наугад. Связавшись с КПП, сверили наши данные, паспорта вернули, но не пропустили. Сразу вспомнились многочисленные случаи, когда узбекские пограничники расстреливали граждан Кыргызстана, мотивируя свои действия несанкционированными переходами, а также события месячной давности, зиндан в котором сидели наши граждане. У одной из наших коллег, которая днем прошла границу по служебному удостоверению, не оказалось паспорта. После долгих переговоров нам не удалось убедить пограничника, что она въехала по удостоверению. Водителя попросили заглушить двигатель, смеркалось, мобильная связь не работала, но при этом военный в форме, своей защитной расцветкой напоминающей американскую, кому-то звонил, что-то выяснял. Однако, через некоторое время разрешили ехать, и мы с надеждой, что нас пропустят в Кыргызстан, и не будут задерживать на посту «Кызыл-Кияк» приблизились к границе, уже в который раз за день. Но и тут нас долго не пропускали, пришлось звонить в Бишкек, выяснять серию и номер паспорта нашей коллеги, тем временам стало уже совсем темно. Изрядно подпортив нам нервы, пограничники в конце концов подняли шлагбаум и мы со вздохом облегчения, просто счастливые оказались в Кыргызстане. Так мы побывали в Узбекистане.

По пути в Баткен думалось, что это обычная проверка, связанная со сложной ситуацией на данном участке границы. Казалось, должны были сыграть роль таблички «Пресса» и «Аппарат правительства/президента Кыргызской Республики», звонки областной администрации узбекским властям накануне, но нет, не сыграла. С какими же трудностями пересекают границу местные жители - простые животноводы?

Отметим, что после конфликта, произошедшего в ночь с 6 на 7 января, когда была закрыта граница, уголь, продовольствие и медикаменты жителям Чарбака и других сел доставляют по договоренности с Узбекистаном.

Протяженность кыргызско-узбекской границы составляет 1378 км. Не описанными, проблемными остаются более 50 участков, среди которых анклав Сох, экслав Барак и много других. Тем не менее, официальный Ташкент игнорирует переговоры по делимитации и демаркации границ с Кыргызстаном. После событий вокруг Соха, правительство выделило средства, чтобы огородить колючей проволокой границу по периметру Сохского района Ферганской области и приняло решение об установке дополнительного контрольно-пропускного пункта «Таян», строительстве двух объездных дорог, чтобы хоть как-то решить вопрос с «арычными границами». Печально, что для того, чтобы решить проблему с ограждением, обратить внимание властей на разрушенную инфраструктуру приграничных, практически блокадных сел необходим вот такой конфликт с избиением кыргызстанцев, беспрецедентным захватом мирных людей в заложники и поджогами автомобилей. А ведь это только один из многих, имеющих потенциальную угрозу, участков приграничья.