На русском
22
Февраля
+2
Бишкек
73.40 1.18
69.10 0.21
2.2222 1.1111
3.3333 4.4444

Страсти по качеству. Проблемы Кыргызстана в области качества. Мнение эксперта (продолжение)

15 Августа, 16:17  /   Обновлено в 18:30 15.08.2016

Гиперссылка на первую часть

- Так как всё-таки обеспечить постоянство качества?

- Для этого был придуман очень хороший механизм - внедрение стандартов серии ИСО 9000. То есть вы узнали законодательные требования, узнали требования потребителя, установили свои требования к продукту. И чтобы каждый день ваша продукция отвечала всем этим требованиям, очень помогает система менеджмента качества. Само понятие «система менеджмента качества» говорит о том, что ИСО 9001 нацелен на выполнение требований по «правильному» руководству организацией, то есть это стандарт для менеджеров.
Система менеджмента качества не дает основания говорить, что продукция отвечает самым высоким требованиям. Это говорит о том, что ваша продукция всегда одинакового уровня качества. Когда вы заложите у себя на предприятии требования международного уровня к продукту, то только тогда ваша продукция будет соответствовать международным требованиям, а не наличие ИСО 9001. И когда руководители компаний дают интервью и говорят, что они внедрили ИСО 9001 и теперь их продукция соответствует международным требованиям, мне становится всё понятно с этим предприятием. Они не поняли, что они внедрили.

- Насколько распространены в мире эти стандарты?

- В мире существует более миллиона компаний, сертифицированных по ИСО 9001, а сколько еще не сертифицированных компаний, которые просто внедрили ИСО 9001? Все эти компании могут сказать, что им стало проще работать, потому что этим стандарты, в первую очередь, помогают правильно организовать процессы для лучшего руководства организацией.
Вообще в мире наличие системы ИСО 9001 на предприятии считается сдачей высшего экзамена его руководителем. Наличие ИСО 9001 положительно влияет на имидж компании и повышает доверие со стороны потребителей, государственных органов и партнеров. 

- Что необходимо делать государству в этом направлении?

- Прежде всего, нужна поддержка тех предприятий, которые внедрили у себя системы менеджмента. Частичная компенсация затрат или выдача кредитов под очень низкие проценты. Потому что внедрение любых систем, а также их сертификация, требуют значительных средств.

Также правительство должно показать пример и начать с себя – внедрить системы менеджмента качества во всех своих структурах. Руководство нашей страны очень сильно озабочено оптимизацией государственных органов. Все понимают, что у нас бюджет маленький, а государственный аппарат раздут. Я нескольким министрам говорила, что есть очень простой механизм – это внедрение ИСО 9001 в государственных органах. Это надо делать повсеместно, это самый простой вариант оптимизации госорганов. Когда вы внедряете ИСО 9001, вы анализируете процессы, кто и что делает. ИСО 9001 помогает определить, правильно ли организованы процессы. И тогда можно четко понять, насколько результативно работает министерство, насколько результативно работает каждый служащий. Исходя из этого, вы определяете, где и сколько должно находиться людей. У нас уже несколько раз проводили анализ функций и деятельности министерств и ведомств, чуть ли не каждый год меняется структура правительства. А потом все сводится к чисто формальным изменениям штатной численности министерств и ведомств, и численность эта зависит не от объективных причин, а от того «как министр «отстреляется».
Стоит отметить, что во многих странах мира наличие системы менеджмента качества в госорганах обязательно.

- Очень любопытно. Существуют ли еще какие-либо возможности для оптимизации госорганов?

- Еще один путь оптимизации государственных органов, вовлеченных в сферу качества – это разделение функций государственного контроля и надзора.
Во многих странахчисленность органов государственного надзора очень небольшая. И это в промышленно развитых странах. В Великобритании, Германии, Ирландии и многих других. Почему? Потому что функции контроля они отдали в государственные хозрасчетные или частные компетентные органы.У них допустим, в одной административной области сидят несколько государственных инспекторов, но с высокой зарплатой и большими полномочиями.

- Как у нас построена эта система?

- У нас государственные инспекции занимаются и государственным надзором, и контролем. Контроль в частные руки они не отдают. У нас в законе «Об основах технического регулирования» написано, что государственный надзор проводится из средств государственного бюджета, а в бюджете денег на проведение государственного надзора нет! Что такое государственный надзор? Госинспектор должен прийти, обследовать условия и процессы производства, при необходимости отобрать пробы и образцы. После чего передать их в лабораторию для испытания. И по результатам всех этих оценок сделать вывод – соблюдает ли предприятие законодательные требования. Деньги на это из госбюджета практически не выделяются. И госинспектора опять же вынуждены просить платить за испытания предприятия. А чтобы не заставлять предприятия платить, директор одной госинспекции как-то с гордостью мне заявил: «Если у предприятия есть протокол испытаний продукции и сертификат соответствия, мы его продукцию повторно не проверяем».

То есть, теперь ушли в совсем другую крайность. Они могут совсем ничего не проверить.

При создании государственных инспекций сильно сократили численность госинспекторов, им практически не выделяются командировочные, суточные, деньги на транспорт. И в областях, допустим, сидит от одного ведомства 7 инспекторов со смешной зарплатой. Куда эти 7 инспекторов успеют, если в одной области 6-7 районов? У них нет денег. И как они будут свои проверки осуществлять? Скорее всего, либо фиктивно, либо кое-как. Потому что ему нужно успеть приехать, проверить и уехать обратно. Я считаю, лучше, чем такой государственный надзор проводить, лучше его совсем не проводить. Потому что проводя государственный надзор, ты, как представитель государства, должен прийти на предприятие и полностью убедиться в том, что это предприятие работает в рамках законодательства. 

Поэтому за рубежом и отдают эти функции частным инспекционным органам. Они заключают с предприятиями договора, более тесно работают с ними, у них есть возможность более тщательно изучить процессы, трудности предприятия. Проверкиони проводят, конечно, более тщательно и часто. И они проверяют предприятие за его же деньги, а не за счет средств государственного бюджета. Но эти инспекционные органы работают только с разрешения государственных органов надзора.

Мне очень понравился пример, который привел мой зарубежный коллега: «Наши инспектора, они как пауки, а паутина – это частные органы инспекции». Отличие органов инспекции от органов госнадзора – они не могут применять экономические санкции. То есть если инспекционные органы выявляют несоответствия, невыполнение обязательных требований, они сигнализируют об этом государственному инспектору - этому «пауку». И тогда это предприятие оказывается в роли «мухи», и оно может просто разориться после всех санкций.

Кстати, прецедент в нашей стране уже создан – сейчас техосмотр осуществляется частными организациями.

В свое время, когда органы сертификации отделяли от госорганов, от министерств и ведомств, тоже были высказывания: «Они будут работать, как попало, а мы за них отвечай?»

По законодательству у государственных органов надзора есть право проверять правильность выдачи сертификатов. Они же этим правом не пользуются. Кто им мешает? У нас хотя бы одна лаборатория, орган сертификации или орган аккредитации ответили за случаи отравления или выпуска недоброкачественной продукции? Они просто не пользуются своими правами.

- И последний вопрос, Гюльнара Тиленбаевна. При вступлении в ЕАЭС нас убеждали, что для отечественной продукции откроются рынки Казахстана и России. Почему этого не произошло?

- Вступление в ЕАЭС для нас было достаточно болезненным. Почему? Потому что мы оказались не готовы работать по требованиям ЕАЭС. Потому что у нас все институты, которые я выше перечислила, оказались очень слабыми. У нас не оказалось всех необходимых служб, надлежаще оснащенных и обученных. В наших национальных технических регламентах, как и в тех регламентах ЕАЭС, устанавливались требования, которые ни одна соответствующая служба в Кыргызстане не в состоянии проверить. Ни одна! И, когда министерство экономики писало в справке-обосновании правительству, что внедрение тех регламента не требует никаких бюджетных затрат, я спрашивала у министров и замминистров: «А как вы собираетесь обеспечивать контроль выполнения этих требований?».

Я говорила: «Уберите эти требования. Вы заведомо разрабатываете документы, выполнение которых, как и множество наших постановлений и законов, государство не может проконтролировать. Зачем же правительство себя дискредитирует?». Мне на это отвечали: «Ну как же мы это уберем? Это же должно быть»

Ну, а, если это должно быть, тогда обеспечьте надлежащий контроль их выполнения, в таком случае закладывайте в бюджет деньги на оснащение необходимым оборудованием хотя бы одной-двух лабораторий, организуйте надлежащий ветеринарный, фитосанитарный, санитарный контроль и т.д.
У нас все так и шло: технические регламенты разрабатывались сами по себе, службы, отвечающие за контроль их выполнения, существовали сами по себе, а предприниматели всевозможными способами (включая коррупционные) пытались получить необходимые документы. А потом все это всплыло, когда мы начали вступать в ЕАЭС. Когда начали приезжать эксперты и начали убеждаться, что у нас многого нет. Вот тогда оказалось, что мы и это, и то должны сделать. Мне, как патриоту своей страны, было обидно, что вступая в ЕАЭС, мы, как бедные родственники,просили деньги на оснащение наших служб, для того, чтобы мы хоть как-то обеспечили безопасность нашей продукции. Я не говорю о качестве, я говорю о безопасности! А безопасность лишь один из аспектов качества.

Почему до этого нельзя было в бюджет заложить деньги? На днях наш премьер-министр заявил, что Кыргызстан так и не дождался обещанных денег от России и Казахстана, и сам на свои деньги будет оснащать лаборатории. Значит, можем, когда захотим!