Пресс-Центр  КирТАГ (+996 312) 900 307

Роза Отунбаева: «В ситуации с Кумтором на кон поставлена жизнь парламента и будущее нашего государства»

21 Октября, 11:36  /   Обновлено в 11:36 21.10.2013

Бишкек. 21 октября. КирТАГ – Кайыргуль Урумканова.  Президента де-юре «переходного периода» Розу Отунбаеву не видно на политическом олимпе с тех пор, как она передала президентскую власть Алмазбеку Атамбаеву. Видимо поэтому вокруг персоны «железной женщины» страны

Бишкек. 21 октября. КирТАГ – Кайыргуль Урумканова.  Президента де-юре «переходного периода» Розу Отунбаеву не видно на политическом олимпе с тех пор, как она передала президентскую власть Алмазбеку Атамбаеву. Видимо поэтому вокруг персоны «железной женщины» страны стали нарастать слухи о том, что между бывшими соратниками Розой Отунбаевой и Алмазбеком Атамбаевым, совершившими вместе вторую революцию в Кыргызстане, появился некий холодок в отношениях, более того, ее приписали к создаваемой оппозиции и проводимым митингам против действующей власти. В своем первом интервью исключительно о политике Роза Отунбаева призналась, что намеренно загасила активность в своей политической карьере и решила жить и работать на созидание. Но последние события, произошедшие в Караколе, где в числе инициаторов митингов и беспорядков называлась и ее фамилия, побудили Розу Исаковну выйти из тени.

 

- Вас всеми правдами и неправдами пытаются вернуть в политику. Взять, к примеру, «слив» в СМИ о вашей якобы причастности к организации митингов на Иссык-Куле, кому это нужно?

- Все это продолжение борьбы за власть. Никак бакиевцы не угомонятся, продолжая получать подпитку от убегших, все еще надеются вернуться. Минск остается штаб-квартирой беглой власти для нанесения реванша. Эта информация вышла из пресс-центра правительства. В аппарате правительства окопалось немало людей из прошлой власти, включая целую группу близкоприближенных к самому Бакиеву, те, кто и тогда, и сейчас составляли, подносили и выносили нужные подписи.  Правительство в первую очередь должно отвечать за достоверность информации своей пресс-службы.

Это дело я хочу довести до конца, подам в суд на главу пресс-службы правительства. Пусть они доказывают, как, какими «профессиональными силами» была сплетена эта «утка», кто ее автор. От кого хотели отвести меч правосудия, кто прикрывал операцию в Караколе, где все могло при исправности зажигалки закончиться весьма трагично.

Связка между С.Жапаровым, одним из организаторов этой смуты и теми, кто сидит в правительстве получается прямой и непосредственной. Пусть глава правительства даст оценку деятельности подчиненных: правоохранительным органам надо делом заниматься, предупреждать эскалацию событий. Не валить с больной головы на здоровую и перестать поставлять из Дома правительства в информационное поле провокационные бомбы.

А насчет моего участия в политике…  Я  активно занимаюсь работой своего фонда, вижу большой общественный отклик,  родители и образовательные центры живо участвуют в наших проектах и инициативах.

Работа моего фонда адресуется уже следующему поколению, которое придет к созиданию и управлению страной через 20 лет. Мы занимаемся теми, кому сегодня 3-4 года. Мы ответственны за этих малышей, от нашего внимания, инвестиций зависит, будем ли мы все тотально через двадцать лет подметать улицы в мегаполисах мира. Или будем на ты с новыми технологиями, работать у себя или за рубежом в технопарках, иметь страну, где каждый человек будет среднего, крепкого достатка. В Фонде мы занимаемся культурой, образованием,  воспитанием.

Но политика, даже если вы ею не занимаетесь, она достает вас, это общеизвестная истина. Я как любой гражданин, болеющий за страну, внимательно наблюдаю за ситуацией в Кыргызстане. Я отношу себя к тем, кто вложил в свою страну много сердца, души и сил. И пока жива, буду прикладывать все силы для того, чтобы довести начатое до цивилизованного русла.

-Давайте поговорим о причине митинга в Караколе. Кумтор - политика или экономика? Амбиции или юрисдикция? Ваше мнение по ситуации с Кумтором

 - Тема с Кумтором,  к сожалению, полностью переместилась в политическую область. Кумтор отображает как в зеркале почти 20-летнюю историю труда и построения на нашей земле беспрецендентного высокотехнологического производства. Это история невосполнимых потерь, борьбы, непреходящей горечи кыргызстанцев о несправедливом с самого начала разделении долей прибыли, подлом, за счет будущих поколений, антинародном обогащении в личном порядке бывших президентов. Это бесконечная история мытарств местных жителей в борьбе за сохранение окружающей среды, улучшение жизни.

Проблемы Кумтора не решить разом, взмахом топора. Сейчас эту тему оседлали все свергнутые и обиженные, кто хочет любыми путями вернуться к власти.

Жители Саруу, зная, что в Иссык-Кульской области есть единственный по стране Фонд развития,  спокойно жили без воды при Бакиеве. А сколько похвалы со стороны карманной партии было в честь Кормчего в момент обсуждения и одобрения в ЖК договора с Кумтором в 2009 г.

Как помню, сценарий изменения договора 2003 года был расписан в Белом доме, «Акжол» в парламенте безошибочно читал эту партитуру, расписанную по ролям. Наши 11 голосов фракции СДПК «против» не стали для них помехой в массовом «одобрямс».

Пора нам извлечь уроки. Виновные должны нести ответственность. Я бы поддержала люстрацию всех тех чиновников, депутатов парламента, кто приложил свою руку к договорам 2003 и 2009 годов. Возьмите только ЖК  четвертого созыва, чье решение было подкреплено Конституционным судом. Назовите поименно всех, кто готовил под давлением сына Бакиева последний договор, кто голосовал, закреплял его во всех инстанциях – эти документы не сгорели, они есть.

Другой аспект: сегодня поступают новости из других областей, где местные жители бунтуют против инвесторов на горных разработках. Я бы предложила обязательно публиковать все контракты до начала любых разработок. Принять закон: госконтракт недействителен, пока он не опубликован. Все решения: от лицензии на геологоразведку до выделения участков, действительны только после опубликования. Предусмотреть штрафы за сокрытие информации. Я убеждена, не должно быть «коммерческой тайны», когда работаешь с государством и с народными деньгами.

- Как по Вашему будет развиваться ситуация с Кумтором?

-  Пока депутаты, в чьи руки ушел мяч, и кто должен определить дальнейшую судьбу разработок, не берут на себя ответственность, требуют от правительства  лучшей формулы разделения. Мы видим, что немало здесь замешано на политических дрожжах. Видны головы тех депутатов, кто не думает о стране, они пекутся о своих мандатах уже в следующем созыве ЖК.

Как бы то ни было, Кумтор вышел из серой зоны, мы, пожалуй, достигли редкой в мире степени прозрачности работы в горной добыче.  Это заслуга новой системы госуправления. Парламентская система сработала вчистую и без обиняков.

Нельзя отказать этому парламенту в том, что он по-настоящему печется о будущем народа, о кладовых земли для будущих поколений. Абсолютно правы те, кто считает, что у правительства нет четкой линии по развитию и взращиванию мелкого и среднего бизнеса; таких фокусов внимания, направлений работы от членов кабинета мы давно не слышим.

На прошлогодней международной женской конференции меня поразили выступления руководителей госведомств Южной Африки, Малайзии, Черногории, которые на основе многолетних программ занимаются подготовкой, обучением бизнесу женщин, молодежи, пенсионеров, людей с физическими недостатками и др, оказывают помощь в создании старт-апов. Они что хуже нас развиты, возятся с мелкими и средними предпринимателями?! Почему мы не ищем другие возможности, не развиваем другие отрасли, а сгрудились всей страной на линию фронта горнодобывающей промышленности?

В прошлом месяце глава КНР у нас здесь вновь подтвердил, что его страна готова покупать продовольственную продукцию у нас. И какова наша реакция? Китай сейчас закупает молоко даже в Германии, но у нас-то было бы ближе! В 2014 году в Стамбуле откроется всемирная выставка экологически чистых продуктов, есть время, надо поработать так, чтобы заключить там договора на внушительные суммы.

Денонсация – это демагогия пустых людей! Она будет стоить стране неподъемных денег. Мы сразу станем табуированной зоной для инвесторов. Подумайте только, за денонсацией пойдет остановка производства, что повлечет недопоступление в бюджет озвученных первых семи миллиардов долларов; затем убытки, потери, долги будут расти как снежный ком. Народ перестанет получать пенсии, зарплаты, пособия.  Расходы будут перекрываться с одной статьи на другую, начнутся бунты недовольных.  И тогда народ,  именем которого прикрываются депутаты, скажет: такой парламент надо гнать в шею! 

Найдутся немедленно те,  кто скажет « хватит демократии и неразберихи», нужен железный порядок. А это уже вопрос о пересмотре основ нынешней Конституции. Может статься – мы вернемся на круги своя. Неужели авторы Конституции не просчитывают и такой вариант развития?!

- Ну и правительство предложило вариант, который не выгоден для Кыргызстана, согласившись на условия по созданию совместного СП с равной долей акций в Центерре?

- Вариант, предложенный правительством в интересах народа очень хотелось бы улучшить. И времени не хватило, как считает правительство. Это и отсутствие в целом, в том числе в правительстве собственных профессиональных крепких юристов, экономистов с международным опытом. У нас всего-то пара человек, в отличие от казахского или монгольского правительства, говорят на английском. Мы воочию  увидели, что между нашим пониманием корпоративного управления, как это делается во всех крупных акционерных предприятиях с большой долей госсобственности и тем, как оно должно быть, разница величиной в океан. Депутаты требуют от 50%, которых еще нет у нас в руках (4% еще надо добрать),  выйти на 67%.  Но ведь очевидно, что лучше худой мир, чем плохая ссора. Лучше переговоры, чем разрыв.

Немало стран проходили через такие сложные споры, везде хватало политики, но и разум, мудрость не отступали, в итоге брали верх. Вспоминаю газовую войну между Россией и Украиной, имевшую сложные последствия во внутренней политике Украины. Нам тоже надо набраться терпения, не терять разум. Депутаты, голосуя за повышение нашей доли, должны не просто поднимать температуру дискуссий, но и привносить свои экономические, финансовые, социальные расклады, аргументы. Сегодня каждая из сторон стоит на позиции «ваши очки мне не по глазам». Те, кто задают тон обсуждениям, должны отдавать себе отчет, что в этом споре дерзость и красноречие – не лучшие помощники. А пока доводы хрупки, позиции сторон остаются жесткими.

- В свете этих противостояний по Кумтору как вы оцениваете нынешнюю политическую ситуацию в стране?

- Митинги это же нормально, они идут по разным случаям и поводам. Мы говорим о митингах мирных. Кто называет себя оппозицией - мы видим, знаем  цену этим людям. Знаем зигзаги и повороты  этих людей на протяжении долгого времени. Не хотела переходить на личности, но вспомнился, к примеру, О.Суваналиев, который в канун июньских событий 2010 года вызвался помочь, а время было горячее, как раз впору военным людям. Учитывая его многолетний милицейский опыт работы, назначили его комендантом в Ош, не успели оглянуться, он сбежал с этого места, самым натуральным образом сбежал, оправдываясь, что не хочет участвовать в предстоящем референдуме. Мы вышли из той ситуации, из кризисного периода, и мы обошлись без него, страна обошлась без него и обойдется. А он продолжает искать свое место в истории. Пусть ищет, но надо это делать так, чтобы была польза для народа.

Что касается ситуации, в порыве поиска справедливости мы должны думать о завтрашнем дне с точки зрения хлеба насущного, а также путей дальнейшего развития страны. Мы должны отделить зерна от плевел, видеть главное, быть весьма прагматичны. Сохранять самообладание, не переступать законы. Жогорку Кенеш должен брать на себя ответственность, на кону жизнь парламента, его дальнейшее существование, траектория развития парламента и будущее нашего государства.

- В одном из интервью вы говорили о том, что в период президентства ощущали себя больше кризис менеджером, нежели главой государства. Как сейчас вы оцениваете свою работу в тот период?

- Сто раз выверено жизнью: я не беспокоюсь о том, что говорят и пишут обо мне журналисты сегодня, надо думать о том, что завтра напишут историки.  Сегодня иные проходятся пером зло и умышленно:  «так называемый президент» …

Пусть пишут. А тогда передо мной стояла задача: вывести народ с одного обрыва до другого по очень узкой веревочке  на надежную землю.

Мой период руководства страной 1,5 года был сложнейшим периодом в нашей истории, и в нем будут еще копаться историки. И уж они не смогут пройти мимо фактов. Что никто из наших стратегических союзников – будь-то СНГ, ОДКБ или ШОС - нас до 27 июня 2010 года официально не признавал, не впускал нас на заседания своих саммитов. И только после референдума, когда наравне с текстом Конституции был принят документ по введению в действие Конституции, куда вписана моя фамилия, я представляла страну на этих саммитах, стала легитимным субъектом для всех наших партнеров.

Я все три роли выполняла: с апреля  по октябрь 2010-го года я была и президентом, и премьером, и спикером. И  неважно, как называется эта должность, мы сумели пройти и вышли из этого кризисного периода. Смотрите, что творится в странах Ближнего Востока, где были свергнуты президенты-цари.

- Почему в тот тяжелый период вы решили заниматься восстановлением и развитием не экономики, а больше политикой и строительством парламентаризма?

- Страна была в огне и в раздраях.  Но мы, Временное и техническое правительство обеспечили нормальный порядок жизни общества: весь этот период не прекратили выдавать пенсии, зарплаты, стипендии.  Падение экономики в тот тяжелый год было всего на 1,5 процента. Когда разразились июньские события у нас были моменты гуманитарной катастрофы в Ошской,  Жалал-Абадской областях.  Не хватало воды и хлеба! Вы спрашиваете, почему мы не занимались развитием экономики и промышленности, а приоритизировали развитие парламентаризма, политики. В Бишкеке и в округе все это время ситуация резко менялась, вверх-вниз, жизнь превратилась в чрезвычайку, то есть, я даже не представляю,  как мы могли в то время думать  о восстановлении и развитии экономики. Надо было гасить  конфликты, восстанавливать мир, думать о том, как дальше будем жить, каким путем пойдет страна.

Когда вновь избранный ЖК утвердил Атамбаева премьер-министром, он начал быстро решать проблемы. Мы смогли поднять зарплату учителям почти в 2,5 раза, врачам, всем правоохранительным органам в 2 раза, были повышены пенсии.  Этого не делалось в бакиевское время, когда был рост в экономике.  А мы сделали это когда полыхали пожары. Атамбаев умудрился найти такие резервы, возможности, все эти  затаенные потоки пошли в казну, мало кто оценивает эти огромные позитивы работы правительства в то время.  Я считаю, в то время мы достойно вышли из тех разрывов в экономике, которые могли обернуться бедой для страны.

- Можете ли Вы так же гордиться политическими дивидендами, которые получает сегодня Кыргызстан?  Тот парламентаризм, который демонстрируют сегодня парламент, партии, правительство и президент - тот самый, к которому вы вели страну по тонкой веревочке с крутой скалы? Вы не видите сегодня узурпирование власти правящей партией СДПК - премьер-министр, президент, спикер…

- Сатыбалдиев - не член СДПК, его выдвинул президент, они, надо полагать, единомышленники. Давайте будем корректны, он не является членом партии. Что касается Жээнбекова, да он член СДПК. А сам Атамбаев вышел из партии, когда был избран президентом.

Я, например, тоже вышла из СДПК, когда стала президентом. Многие домысливают, что я пойду опять в политику. Отвечаю: не намерена участвовать в политической деятельности. Но если такая необходимость встанет, то мне надо будет заново вступать в партию, в какую бы то ни было. Точно также и Атамбаеву надо будет вступать. Президент на своем посту, по моему убеждению,  должен быть арбитром, оставаться беспартийным.

Мы в первый раз идем по стезе парламентаризма, и как показывает опыт других стран, будет много слияний и разливаний, невероятных симбиозов и альянсов, выстраивания власти по одной линеечке под одну партию.

Сегодня оппозиция полощет флажок узурпации власти одной партией. Но есть Конституция, есть закрепленные в ней за оппозицией позиции, они и сегодня заполнены весьма значимыми людьми, от их работы зависит качество и состоятельность сдержек и противовесов, к чему мы пытались прийти после апреля 2010 года.

Парламентская оппозиция может блокировать любой вопрос, что они и делают по сей день. У нас очень важные комитеты  по безопасности и финансам отданы в руки оппозиционного меньшинства. Парламентские комитеты, подкрепленные влиянием вице-спикеров из оппозиционных фракций, при обычном чрезмерном использовании своего мандата, ставят министров буквально на колени. Мы это видим сплошь и рядом. О какой узурпации власти одной партией мы говорим?! Где были эти оппозиционеры во времена бакиевской партии Ак-Жола? В каких креслах бакиевской власти они сидели? Какую лепту они вложили в усиление роли оппозиции в политической жизни страны? Где они бегали, в каких краях грели свои деньги? Очевидно, что они просто пересели на готовенькое из телеги прошлой власти и дико тоскуют, грезят о прошлых временах.

-Нуждается ли страна сегодня в новом кризис-менеджере,  и кто, по вашему, может им стать?

- Я не думаю, что сейчас нам нужен кризис-менеджер. У нас есть законно избранный президент. У президента есть большие полномочия, есть немало времени до окончания срока. Временами его работа может походить на кризис-менеджера, горячих ситуаций пока хоть отбавляй. А где их нет, покажите? В конце концов, любой президент любой страны  и есть кризис-менеджер в сложные, переломные моменты, если ему не безразлична судьба народа, который его избрал, судьба государства, за которое он взял ответственность на определенный Конституцией срок.